Оригинал взят у
platinym в Актеры, бывшие на войне
Юрий Никулин
Старший сержант. Участник Финской и Великой Отечественной войн, защитник Ленинграда. Награжден медалями «За отвагу», «За оборону Ленинграда» и «За победу над Германией».
Анатолий Папанов
Старший сержант, командир взвода зенитной артиллерии. В 21 год стал инвалидом третьей группы, получив тяжелое ранение в ногу под Харьковом. Награжден орденами Отечественной войны I и II степеней.
( Читать дальше )
Юрий Никулин
Старший сержант. Участник Финской и Великой Отечественной войн, защитник Ленинграда. Награжден медалями «За отвагу», «За оборону Ленинграда» и «За победу над Германией».

Анатолий Папанов
Старший сержант, командир взвода зенитной артиллерии. В 21 год стал инвалидом третьей группы, получив тяжелое ранение в ногу под Харьковом. Награжден орденами Отечественной войны I и II степеней.
( Читать дальше )
Слышал легенду,
Будто когда-то
Эту страну населяли гиганты.
Будто бы жили
Странной судьбою:
Были готовы к работе и к бою,
От недостатка
Хлеба и мяса
Бредили Марксом, Победой и Марсом,
Снежной тайгой,
Арктикой хмурой,
Яркими звёздами над Байконуром,
Пламенем жарким,
Бездной бездонной…
Cтроили шахты, плотины и домны.
И заблуждались,
И побеждали.
Ждали гостей из немыслимой дали.
Сквозь канонаду
Бойни кровавой
Мчались, чтоб рухнуть в высокие травы,
В снег почерневший,
В воду и в глину…
Алый свой флаг вознесли над Берлином.
Шли от колхозной
Kуковой грядки
К Олимпиаде, Афгану, разрядке.
Шли сквозь шаблоны
И трафареты,
Шли, за собой увлекая планету,
Кровью писали
Добрую сказку.
Даже ошибки их были гигантски.
Верили, веру
В сердце лелея,
В непогрешимость речей с Мавзолея,
Знали, что правы
Серп их и молот,
Знали, что мир лишь на время расколот,
Что не навечно
Боль и печали…
Но измельчали. Увы, измельчали…
Их же потомки
Прячутся робко
В затхлой тиши кабинетных коробок,
Мыслят стандартно,
Далью не бредят,
Сводят безжизненно с дебетом кредит,
Мелко мечтают,
Думают редко…
В них ничего не осталось от предков.
Гуськов Алексей.
Будто когда-то
Эту страну населяли гиганты.
Будто бы жили
Странной судьбою:
Были готовы к работе и к бою,
От недостатка
Хлеба и мяса
Бредили Марксом, Победой и Марсом,
Снежной тайгой,
Арктикой хмурой,
Яркими звёздами над Байконуром,
Пламенем жарким,
Бездной бездонной…
Cтроили шахты, плотины и домны.
И заблуждались,
И побеждали.
Ждали гостей из немыслимой дали.
Сквозь канонаду
Бойни кровавой
Мчались, чтоб рухнуть в высокие травы,
В снег почерневший,
В воду и в глину…
Алый свой флаг вознесли над Берлином.
Шли от колхозной
Kуковой грядки
К Олимпиаде, Афгану, разрядке.
Шли сквозь шаблоны
И трафареты,
Шли, за собой увлекая планету,
Кровью писали
Добрую сказку.
Даже ошибки их были гигантски.
Верили, веру
В сердце лелея,
В непогрешимость речей с Мавзолея,
Знали, что правы
Серп их и молот,
Знали, что мир лишь на время расколот,
Что не навечно
Боль и печали…
Но измельчали. Увы, измельчали…
Их же потомки
Прячутся робко
В затхлой тиши кабинетных коробок,
Мыслят стандартно,
Далью не бредят,
Сводят безжизненно с дебетом кредит,
Мелко мечтают,
Думают редко…
В них ничего не осталось от предков.
Гуськов Алексей.








